Ваза II из серии «Белый сатин» — её силуэт повторяет логику природного бутона: вертикальные прожилки стягивают тело формы к центру, а верхний край раскрывается свободно, словно лепестки, тронутые первым теплом. В каждой складке — напряжение между замкнутостью и раскрытием, между покоем и движением.
Сдержанная гамма — пепельно-кремовая, с проступающими дымчато-синими тенями в глубине борозд — придаёт поверхности глубину старинного текстиля. Глазурь ложится неравномерно, как свет на ткань. Ваза существует на границе ремесла и природы: не вылепленная, а словно проросшая — медленно, изнутри, повинуясь собственной тихой воле.